skrebec (skrebec) wrote,
skrebec
skrebec

Воины

Обычно сплю лёжа и молча, кроме тех случаев, когда снится служба в Советской Армии. Я уже три раза отслужил, два из них удачно. Но, если вдруг на улице слышу: мудила с Нижнего Тагила, пригибаю голову и ускоряю шаг в сторону финской границы. Дело в том, что это про меня. Исполнять воинскую обязанность пришлось в этом суровом городе, который производил трактора, умеющие стрелять и главное отечественное оружие от всех захватчиков - мороз.
Советский Союз как раз перестраивали перед тем, как разобрать, и родина призвала геофизика готовить бойцов на стройки военной промышленности. Служба сержантом в «учебке», это мёд с патокой, рай без бога-комбата, тихая безмятежность хутора, правда, без селянок. Но это если ты уже заматерел и познал капканы ротного, острые углы круглого старшины, а отношения со старослужащими устаканились во всех смыслах.
А когда только-только приторочил две лычки на погоны и тебя сразу отправляют в наряд на самый урожайный на «косяки» рубеж - ты заново «дух». Армия прекрасна тем, что думать некогда и незачем. Присяга, устав и приказ, вот твои мама, папа и святой дух. Перекрестился мысленно и заступил на службу, несмотря на фашистский мороз и желание целоваться. В подчинении трое бойцов, из оружия - красная повязка, в голове эротический дембель.
Наша часть располагалась прямо в жилом районе, через дорогу находился, так называемый, «Второй Городок», где склады с богатствами бедной родины, там пост. Часового на нём положено было менять раз в два часа, как помнится. В морозы – раз в час. В сильные морозы, по вызову. Выставил согласно распорядку бойца с каракулевыми глазами, от которого всё ещё пахло хлопком. Предварительно нарядил воина в валенки и овчинный тулуп поверх шинели. Как боевая единица рядовой стал равен сломанной неваляшке, но кто я такой, чтобы переписывать статью караульной службы. К тому же от холода боец был защищён надёжным грибком цвета хаки, на кривой деревянной ноге, которую можно было погрызть, вспоминая Гульчатай и лёгкое марево над прибоем.
Втолковал ему в очередной раз про стойкость при переноске всех тягот и лишений, про то, что он не должен щадить своей крови и самой жизни, про государственную тайну, пока зубы мои не захрустели от стужи. И поспешил к себе в караулку. Провожал он меня взглядом взволнованной Му-Му.
Наше КПП, это сосредоточие всей скверны на территории части. Офицеры с утра приходят свирепые после вчерашнего, уходят злые перед завтрашним. У многих на лице беззаветная преданность коммунистической партии нанесена широкими похмельными мазками. Прапорщики заряжены целительными «пистонами» от военачальников и по походке видно у кого какой калибр. На любого командира в армии приходится командир, на чём и зиждется воинская дисциплина, совершенствуется самосохранение и подавляется инстинкт к размножению.
И каждому начальнику есть дело до боевого духа дежурного по КПП, у всех найдутся замечания, всякий убежден в твоей нерадивости. Одному в караулке натоптано, второму радио ходить мешает, третьему не нравиться как повязка на тебе болтается. А ты им за это отдаёшь честь. В общем, КПП отапливался высокой политической сознательностью, требованиями воинского долга и личной ответственностью кого попало за защиту страны.
Ко всем горестям, в караулке установлен городской телефон, который постоянно трещит и тоже от тебя всё время что-то требует. И потом, это приманка для гражданских халявщиков, а пускать в дежурку нельзя, но им на секундочку и срочно, иначе военный конфликт, как минимум. Родной старшина с мышиными глазками и тот мимоходом на обед орёт, что мы все тут тыловые крысы и нам бы только на складах подъедаться.
«Склады!!!» - ядерным взрывом раздалось в моём мозгу. Я похолодел до температуры на улице. Потом организм качнуло в другую сторону и меня бросило в плюс сорок. Оставил пост, без сигнальных флажков, в распахнутой шинели я бежал сквозь Нижний Тагил, как Герда за Каем. По дороге молился, чтоб этот воин до конца не сдох. В башке сильно младшего сержанта болталась одинокая мысль: «Хоть бы расстреляли, лишь бы не дисбат». И ещё отчётливо помню, как вдруг стало страшно жалко маму и моих не родившихся детей.
Добежал, оторвал калитку от железного забора, стоит отщепенец, прислонился к грибку и не двигается уже. Ору этому синяку:
- Ты чё, отморозок в прямом смысле слова, вот же кнопка вызова дежурного! Прямо рядом с твоим белым южным носом!!
А этот стройбатовец смотрит с того света и еле-еле, как Ди Каприо в финале мямлит:
- Я думал это на случай войны…
На этом можно было и закончить. И не важно, что я снял это тело с наряда и отправил в лазарет, откуда позвонили и сказали, что жить будет, но не в Нижнем Тагиле точно. И не важно, что через полчаса и меня сняли с наряда и отправили готовиться к следующему и так с месяц кувыркался. И не важно, что долгое время считал его идиотом, потом себя. Существенно лишь то, что мы были прекрасными с ним идиотами и служили честно, как могли и там, куда родина послала.
А посылать она всегда умела.

P.S. Когда в следующий раз протрезвею потеплеет, расскажу за что меня изгнали из этого рая в регулярные войска.
Tags: как я выжил
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 49 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →