skrebec (skrebec) wrote,
skrebec
skrebec

Собачье. Сердце.

Давно уже мало человекам человеков. Я вот тоже разводил попугайчиков с рыбками. Отдельно. Но они постоянно  напоминали о несбыточном    все  время хотелось куда-то улететь или уплыть. Нервический побочный эффект. А вот собак уважаю. И тех, что с ними на другом конце поводка. В любое время в любую погоду, встречаю я этих верных, сообразительных, послушных хозяев. Прислушиваюсь:

- Рада, домой, домой я сказала! Рада, я не рада!

- Не надо гавкать, ты что - Верка что ли?

- Граф, отойди от помойки! Не видишь, там занято!

- Я сказал ко мне, а не на меня!

- Сладкий мой пупсик, пироженка моя сахарная, ну вот, скажи мне – куда ты ссышь?

- Рядом, Марс, рядом! Молодчина, я всегда знала, что ты у меня умничка, надо было назвать тебя Муж.

Но это опытные – они уже могут не контролировать человеческую речь. А в начальной стадии рабства попадаются клинические экземпляры – подходит к тебе, к примеру, младший сын твоей матери, с лицом человека, отрешённого от модернизации и говорит: «Не хочешь в Ярославль съездить. Послезавтра». «Зачем?» - без всякой заинтересованности спрашиваю, судорожно перебирая возможные варианты цели путешествия. От наиболее вероятных, типа ловля голубого марлина из подо льда, до еще более правдоподобных, как гастроли с нашим фирменным номером: «Давай, по последней и в магазин». «Так. За собакой» - отвечает, с интересом разглядывая розетку. Из любопытства пронаблюдать весь прогресс мутации, или потому что брат все-таки, ладно, говорю, лихорадочно соображая, чем же поливали наше генеалогическое дерево. А он, дабы облегчить мои умственные страдания:«Посмотришь сердце России».
Пограничной тонкости лирик.

Из аппендикса Родины, соответственно русской традиции не сойти с ума,  мы отправились втроем. Третьим взяли уникальной способности фотографа, не умолкающего ни за что, пока в руках что-то булькает. Это он окрестил наше предприятие «Три танкиста за собакой» и не давал выспаться водителю глубокомыслиями: «Собаке – собачий хозяин», «Не всякий сукин сын - Пушкин», «Дай, Джим, на счастье в лапу мне». Незаменим на дальние расстояния. Дальние расстояния хороши тем, что торопиться бессмысленно. Первые четыреста километров пролетели, как могут пролетать только четыреста километров. Остановились на ночевку в Котласе – поджелудочная России, по классификации спутников.

Встречал нас кряжистый Степаныч, который всю жизнь прикидывался железнодорожником, а на пенсии раскрылся и теперь беззастенчиво и профессионально рыбачит, выступая в тяжелом весе.

Все как полагается – скупые знакомства-приветствия, мужицкий ужин, обогащенный поллитрушкой. А что такое поллитра на четырех здоровых мужиков? Так – в глаза закапать. Хотя, полноценно здоровых на тот момент было только трое. Или один. Трудно оценить. Степаныч милосердно дал нам пропустить по первой, закусить и только потом, как бы нехотя, спросил: «Куда едем, ребятки?»

Надо заметить, что я уже пересекался с ним по рыбацким похождениям, а неунывающий человек-фотоаппарат, вообще его сын и поэтому хозяин давно классифицировал нас, как «рыбак обыкновенный, непривередливый, без заскоков». То есть никто до сих пор в порочащих родственных связях замечен не был.

После трехсекундного молчания, братишка понял, что мы его предали и, проглотив, не жуя огурец, пробасил, выдыхая: «В Ярославль». Потом вдохнул и головой в колодец: «В сердце России». Будучи на разливе, Степаныч не почувствовал  подвоха и без передышки выстрелил: «А зачем?» В колодце что-то булькнуло и оттуда послышалось колоратурное сопрано: «За собакой».

Рука разливающего замерла, не доделав начатое и даже не начав недоделанное.

У некоторых котлеты в тарелках съёжились до фрикаделек.

Водка прикинулась нарзаном.

По второй все же было выпито, но молча, видимо в помин нашего коллективного рассудка. Чтобы вернуться в реальность Степаныч посмотрел на календарь с паровозом.

- У вас там, что в Сыктывкаре собак нет? (эмоции строителя неудачного коммунизма)

- Собак, как собак нерезаных – таких нет. (защита Пирца-Уфимцева)

- Каких ТАКИХ? (теперь я знаю взгляд, которым управляют локомотивами и инвестициями)

- Как у президента? (туз из рукава)

- У какого? (напоминаю, Степаныч живет в Котласе, это реально далеко от Москвы)

- Да у нее психофизические характеристики максимальные! (подкованность должна подкупать)

- Да я тебе завтра шесть штук приведу и все с характеристиками! (клинч с Кличко)

- В своем классе эта собака наиболее выносливая и терпеливая к детям!!!! (шах)

- Я тоже и ЧТО?!! (рокировка, хотя при шахе и нельзя)

- В подвидовом диапазоне это наиболее оптимальное соотношение цена-качество! (смена вектора атаки)

- Ты сейчас хотел мне сказать, что еще и деньги за нее будешь платить?! (петля Нестерова)

- Да. («глухая» защита).

- И вы все едете за собакой в Ярославль? (на последнем разборе полетов Тарас Бульба был более нежен в обращении к отроку)

- Да. (тому отступать некуда, позади четыреста километров)

- И это твой брат? (ко мне, фол последней надежды)

- Да. (хватит предательства)

- Понятно. (пат)

Ощущая, что ситуацию кто-то может и не пережить с кухни, вжимая голову в плечи, ушёл кот. Тишина повисла такая, что было слышно, как суслики зевают под Воронежем. По бровям Степаныча было понятно - он никогда еще не сидел за одним столом со шпалами. Но ничто так не примиряет разные мировоззрения, как вовремя налитая третья. Совместно с водкой иссякла и тема.

Наутро мы поехали дальше, оставив хозяина без поллитра, но с новым осмыслением природы идиотизма.

Мы пронеслись по густонаселенному участку страны, и никто там даже не подозревал, насколько мы смешны и поразительны можем быть для кого-то.

Через каменистые почки России.

dcf4385d4f4283b85d26d72e5ec54405

Через измученную печень матушки.

89b3156a8eed669eb9e7fa63ee1f4519

А в самом её сердце, мы были, от силы, минут двадцать. И то, как-то с краю, где в районе миокарда. Пульс уставший, но есть. Воздух такой же, люди, похожие на нас. И оказалось, мы, действительно, приехали за собакой.

На обратном пути шутки наши были уже слабосолёными, поскольку щенок Лора своим только присутствием призывала нас к большей человечности. Для братца, мы сразу же потеряли всякое значение как вид, он замурлыкал со своей собакой. Товарищ, обняв фотоаппарат, завалился на боковую, пробурчав напоследок: «Нет пива – нет юмора». Я еще долго перекатывал в голове простую, мысль о том, что сердце родины, там, где у людей есть сердце. Или хотя бы собаки.

14e27c72c9e2c45916a463b23515614d

Вернулись мы как-то незаметно.

А через положенное время, по воле природы и хозяина случилось более совершенное со всех сторон событие.

Собаки более практичные существа, чем люди и в доказательство Лора родила сразу семерых. Это достойный ответ всему несовершенству мира, ну и Степанычу в какой-то мере.

В следующий раз мы решили ехать в Хабаровск – мягкое место России -  за хомячками.

На велосипедах.

Заказы не принимаются. Дорого.

Tags: дорога, сопланетники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 61 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →