skrebec (skrebec) wrote,
skrebec
skrebec

Снеговик

Мир набросился на копирайтера Саню Сенькина в виде сугроба и со спины. Ступеньки у подъезда были не праздничные, но с сюрпризом, в понимании ступенек. Даже лёжа Саня не переставал соображать, ничего себе новый год начался, мало того, что пересобачился со всей гурьбой, что затеяли совместное празднование, потому как там, где больше трёх – умных уже слишком много. Ещё и валяюсь с утра у собственного подъезда. Не смотря на сопротивление спинного мозга мысли в голове елозили в привычном алгоритме, надо вставать, лучше умереть стоя, чем жить

на коленях у аллы пугачёвой. Саня поднял бурную голову, на него смотрел снеговик. По-обычному кривой, но его выгодно отличало от других настоящая, чистенькая и даже аппетитная морковка вместо носа. А ещё детское жёлтое ведёрко на голове вверх дном, в смысле, наоборот оно стояло дном вниз. Саня сел и погрозил неведомому стилисту, снеговик, который пережил новогоднюю ночь, имеет право на диалог. Скажи мне, товарищ, Саня попытался подняться с помощью рук, почему люди такие идиоты, почему никто ни черта не понимает, а если понимает, то не делает, а если делает то не то. Разве нельзя чтоб все думали и чувствовали, так как, к примеру, я, а? Мимика снеговика позволяла предположить любую реакцию. Эх, ты и Саня неожиданно для себя вырвал у него морковку и откусил её. Хотел было ещё и ведро вернуть в классическое положение, но внутри нашлась драная картонка с нацарапанным «пусть так и будет». Поаплодировав юмору местных дизайнеров, Саня попытался сыграть на домофоне собачий вальс.

Саня Сенькин проснулся от шебуршащей в голове тишины. Подозрительной, как одинокая, украшенная газетами, новогодняя ёлка в лифте. Вроде ничего не предвещало ничего, но в квартире пахло хрусталём. Первое января никогда и никому ещё ничего не предвещало, да и первый день нового года для многих далеко не первого января. Даже в похмелье Сенькин оставался профессионалом и подумал: дайте мне точку опоры и я перевернусь на другой бок. Он хотел было уже осторожно сменить позицию бревна на позу эмбриона, но тут ляпис трубецкой заорал телефоном: Саня, ищи ветер, Саня ищи гром. Значит свои, не глядя, потянулся. Из трубки раздался его голос: Что, дрыхнешь? А люди-то уже ловят! Килограмм выходных, ты чё, погнали, смотаемся на Сенькин Полой, окушка погоняем!

- Ты кто? - спросил Саня у себя.

- Санёк из маркетинга, что перенедобрал вчера? Давай подтягивайся, Сашка-Открывашка уже мотыля взял, прошлогодний, правда, впрочем, как и всё сегодня. Сейчас будет резюме, подумал Саня.

- Мотыль в отличии от нас не мыслит, но всё равно существует, - резюмировал Шурик. Короче, на созвоне, подумал Саня. «Короче, на созвоне», закончил Шурик.

Стало нужно срочно выпить чего-нибудь покрепче своих мыслей. Когда боишься думать, надо действовать. Хотя бы желудком. В холодильнике нашлись полбутылки обнадеживающего напитка «Александровский рубеж». Он такую не помнил и даже не хотел помнить. Но любая водка свое дело знает и, что главнее - делает. Через пару минут и сигарету Сане даже захотелось узнать побольше об этом мире. С телевизором, как и с первой женой, у него не сложилось, а комп, недавно впервые в жизни отведал одновременно кофе и инфаркт. Телефон, подумалось успокаивающе.

В телефонной книжке высветилось: Сашуля, Санёк-сантар, Сашечка, Санечка, Сашок, Хор Александрова, Сандро из Ч. Он машинально нажал на Санта-Клауса.

- Александр Второй у аппарата и если ты Сенькин отзваниваешься по какой-то ерунде, считай, что ты уволен с удивительными извращениями.

- Александр Второй, это Сан-Саныч что ли, - впервые в жизни Саня мямлил.

- Присваиваю тебе орден идиота первой степени, и можешь считать себя полным кавалером…

- Умоляю, не продолжайте.

- Чтобы начальство молчало, должны говорить музы. Или хотя бы расти выручка. Не умеешь сам работать научись заставлять другого. Клиент прав пока он платёжеспособен…

Саня отрубился, сунул телефон под подушку и выскочил на балкон. Если он сошёл с ума, это ещё куда ни шло, но если только весь остальной мир, это уже жутковато.

На него смотрел билборд «Сани оптом. Берегите мягкое место, может это лучшее что у вас есть». Кругом были припаркованы только SsangYong, на который он присматривался последние два месяца. Саня метнулся обратно в квартиру и добил «Александровский рубеж». Стало тепло и страшно.

Из-под подушки позвали: «Александра, Александра…нам с тобою…стали мы» За некоторые рингтоны можно расстреливать. Отвечать было не весело, но высветилось заманчивое – Шурочка. Существование в этом мире женщин как-то успокаивало.

- Санечкин, дорогой, у меня в доме ни мартини красивого, ни мужика вкусного. Ты же понимаешь, что мы в ответе за тех, кого приковали и двух одинаковых мужиков, как двух одинаковых снеговиков не бывает…

Снеговик! Саню осенило, и он ломанулся на улицу в чём мать его не рожала. В лифте шарахнулся от свежей надписи: Саня, ты мусор не забыл? Снеговик как будто подрос и красовался уже в полосатом шарфике и с одной заледеневшей варежкой. Саня пошарил по карманам, передумал насчёт сигарет, нашёл задрипанный леденец и сунул его снеговику. Суетливо залепил с боку следы собачьей писанины, поправил шарфик.

Заглянул в ведро, картонка была на месте, но нацарапано было другое: «морковку верни».

Многие не верят в человека способного первого января найти морковку. И зря не верят. Люди вообще зря не верят во всякую ерунду.

Tags: елки-палки, местификация
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 84 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →