skrebec (skrebec) wrote,
skrebec
skrebec

Пора песен.Николай Кузьмин

Однажды Николай Кузьмин решил посетить меня по причине, которую он забыл.
А отношения наши на тот момент были такими, что всё уже было понятно, но не всё ещё принималось.
Для понимания ситуации, надо сказать, что прототипом всех моих квартир всегда был Вавилон. Не в смысле грандиозности, а во всём таком: «смешались в кучу кони, люди», «везувий зев открыл — дым хлынул клубом — пламя», в общем, их тысячи, а ночь одна или каждой твари по трое.
А в тот день народу было не много, один пришёл помыться (то ли воды не было, то ли по привычке), второму надо было солить рыбу, пойманную совместно накануне, третий так заглянул, вообще (до сих пор имеет привычку приходя, переодеваться в моё домашнее). Картина следующая – родная открывает дверь – о, Коля, заходи – в этот самый момент с разных концов квартиры, выныривают мужики.
Один из кухни с замасленными руками, второй из ванны, обмотанный полотенцем, третий из спальни в моих штанах. Привет! Привет! Привет!
Коля робко интересуется, дома ли хозяин. Родная дружелюбно, мол, заходи, скоро будет.
Нет, говорит член Союза писателей России, недолго думая, я лучше в другой раз.
Я же говорю – не всё принималось.
Книжку после назвал зачем-то «Незваный гость».
Но позже удалось приучить его к людям, а иногда даже вытаскивать в них.
И тогда он мог рассказать нам что-то про нас:


Однажды Николай Кузьмин, будучи косноязычным в простонародном общении, все же, как то уговорил нас взять его на рыбалку. Зачем ему это было надо, он забыл.
Мероприятие было из серии «главное прочь, а там всё равно». Глухозимье и присутствие настоящего поэта, вылились в полное безрыбье. Коля пытался спасти положение, поднимая очередную чарку: «Пусть у нас не клюёт, зато и нас не клюют!». Никто не хлопал.
И надо же так совпасть, что в это время, какому-то местному телеканалу понадобился сюжет про нас, рыбаков без страха и упрека. Синие уже корреспонденты-операторы уныло бродили среди сгорбившихся над лунками «алкоголиков в валенках» в поисках, то ли сюжета, то ли ракурса.
И уже было отчаялись, но тут раздался неистовый крик Коли, впервые в жизни взявшего удочку: «Я поймал, братцы, я чего-то поймал!!!»
Суицидный ёрш-малолетка тоже выпучил глаза, увидев живого поэта. Это уже потом заулыбался, когда на них с Колей налетели с камерами и микрофонами интервьюеры. Оба позировали неумело.
Пока мы, пристыженные профессионалы, отпаивались в сторонке чем-то там из термоса, воины «пятой власти» их быстро обработали и умчались счастливые и гордые исполненным долгом.
После выхода в эфир сюжета Николай долго сокрушался, что как поэта его знают три с половиной человека, а как рыбака прославили на всю республику. А он наоборот ведь.
Коля имел уникальную для творца способность не дописывать свои произведения. Иногда приходилось додумывать, что он имел в виду, а потом орать про это по кухням:


Однажды Николай Кузьмин решил поучаствовать в коллективном творческом мероприятии, проводившимся под лозунгом: «Срочно придумать что-нибудь неунылое!».
Заодно и похмелиться.
Собраться решено было не дома, где невозможно совершить вдохновенный прорыв от ежесекундного быта до бесконечного бытия. Ну и чтобы не раздражать обладательниц перегоревших лампочек и не вынесенного мусора, своими фееричными потугами к Высокому. Доказывая собственную шедевральность мы и не заметили, что Коля вспомнил, какой он поэт-индивидуалист и растворился в курилке.
Через некоторое время, эмоционально изможденные интеллектуальным ступором, мы призвали его к ответу за уклонение от уплаты творческого оброка.
Явился он вдохновенный и гордый, небрежно потребовал штрафную и объявил, что написал мало, но два. Правда, добавил, одно гениальное, а второе г….гадость.
Шампанское никто из нас не жаловал, поэтому решили не рисковать и начать с гениального.
Единственную строчку из него я запомнил: «Один, два, три, четыре, пять».
После прочтения, по нашим, жестоко смущенным физиономиям, Коля все понял и ничуть не обидевшись, выкинул тут же в мусорку оба листа.
Коля умел выкидывать стихи.
Но мы хотели слушать и у нас оставались ещё доводы. И снова товарищ наш попал в какую-то малюсенькую точку, в которой тогда мы все находились, взорвал её и выпустил нас:
В ночи свечой
Взлетает желтый мяч
И до утра маячит в небе.
Небо
К утру решило перейти на плач,
Но плюнуло
И навалило снега.
Медведь уснул.
На трассе гололед.
Зуб целится –
на зуб не попадает.
Поблизости маячит Новый Год,
Любуется,
Как старый подыхает.
Опять темнеет
И опять светает.
Светло,
темно,
светло ,
опять темно…
Да, кто ж там выключателем играет?!
Давай оставим что-нибудь одно!

Пишу всё это совершенно безнаказанно, потому как Николай Кузьмин ничего не прочитает.
Во-первых, я не знаю точно, есть ли в Перми интернет, а во-вторых, никогда в жизни не видел Колю за компьютером. Да и некогда ему, у него сегодня день рождение.
Tags: восьмая нота, сопланетники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →